Кривая улыбка. Пустые глаза.
Не уж-то ошибка сейчас рассказать
О неба блаженстве, о счастье с Христом,
О белой одежде? Быть может потом?
Чрез месяц, иль год, а может и пять.
Но будет ли встреча такая, как знать?!
Живу я сегодня. Дышу я сейчас.
А что будет завтра? Меня или вас
Быть может уже не найдут средь живых.
Смерть вычеркнет имя из списков земных.
Меня перед Богом представит Христос.
Я вечность приму без страданий и слез.
А вы, отвергая Спасения весть,
С собою возьмете греховную спесь.
И встретите пропасть и вечную тьму.
Там больше не будет дороги к Христу.
Нет! Все же не зря я сейчас говорю.
Господь, укрепи сейчас веру мою.
Дай силы заблудшей душе рассказать.
Ты ей сам откройся, чтоб в сердце принять
Тебя ей не медля по детски, в слезах.
Пусть ангельский хор воспоет в небесах
Спасенье еще одной бедной души.
Сверши это чудо, мой Бог! О, сверши!
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
